Илья Кива: Аваков научил меня мыслить на несколько ходов вперёд

Илья Кива: Аваков научил меня мыслить на несколько ходов вперёд

Интервью с народным депутатом Верховной Рады IX созыва Ильей Кивой.

Илья Кива — народный депутат, который не нуждается в дополнительных представлениях. Его политическая карьера кажется настолько противоречивой, как и он сам: сегодня Кива член партии Виктора Медведчука, до этого был советником министра внутренних дел Арсена Авакова, ещё раньше — доверенным лицом лидера «Правого сектора» Дмитрия Яроша на президентских выборах 2014 года. 

Политик регулярно оказывается в эпицентре скандалов. Неделей ранее журналисты TK Media запечатлели, как нардеп переписывался в Верховной Раде с якобы Владимиром Жириновским, ещё раньше — как нардеп просматривал присланные эротические фото и странный видеоролик. Сам Кива периодически троллит журналистов, а поклонниц публично попросил присылать ему интимные фото в нерабочее время.

Кива легко соглашается на встречу, акцентируя, что открыт к общению с любыми журналистами, а на его странице в Facebook  даже указан личный номер телефона. 

«Видите?», — показывает Кива на экране смартфона описание своей страницы в Facebook. Возле номера телефона указана надпись «Только я», — обращает внимание депутата фотограф, — значок из настроек конфиденциальности, свидетельствующий о том, что номер не видит никто, кроме самого народного депутата. «Да?», — удивленно проверяет нардеп. «А я думал, все видят мой номер телефона».

TK Media встретились с Ильей Кивой в его кабинете в комитете Верховной Рады по вопросам правоохранительной политики и поговорили о том, зачем народный депутат постоянно попадает в похожие скандалы с переписками в Верховной Раде, в каких отношениях находится сегодня с Арсеном Аваковым, как познакомился с Коломойским, почему вступил в ОПЗЖ, а также про конфликт с активистом Майманом и войну с экс-нардепом Артуром Палатным.

— Сегодня вы сообщили о том, что в Полтаве подожгли офис партии ОПЗЖ. Что там произошло?

— Это продолжение идиотских пиар-кампаний. Просто два долбо*ба националистической направленности, состоящих в партии «Свобода», решили использовать свою безнаказанность. Им же нужно на сегодняшний день любым способом оставаться хотя бы в информационной ленте. Вот они и нападают идиотскими способами. 

Давайте объективно. Рейтинги власти падают. Рейтинги националистических организаций и партий не растут. В фаворитах сегодня по набору и поддержке населения, по динамике поддержки населения — это «Оппозиционная платформа — За жизнь». Она может нравиться кому-то, не нравиться кому-то, но это факт. 

[Поджог офиса] это повторная история. В первый раз мы хотели их простить, списать на несознательность. Второй раз мы их словили и передали в руки полиции. Потому что поджигать офис в жилом доме — это как минимум подвергать опасности хотя бы просто людей-жильцов. Первый раз они побили нам окна и обмазали краской, второй раз они хотят нас поджечь, в третий раз они начнут кидать гранаты. 

— А вы курируете Полтавскую область?

— Я, на сегодняшний день, являюсь главой Полтавской городской организации ОПЗЖ. Ну, Полтава же — моя малая родина.

— Я так понимаю, что вам не чужда еще и Херсонская область.

— (Смеется) Там, где служил. Служил в Донецке, служил в Луганске, служил в Херсонской области. Да, Херсонская область, считаю, еще один форпост в нашей стране, который заслуживает отдельное внимание и где нужно наводить системно по-ря-док.

— Вы баллотировались еще в Верховную Раду в 2016 году в Херсонской области. Но не прошли.

— Не прошел.

— Можете рассказать об этой истории подробнее?

— О том, как не прошел?

— Насколько помню, ваше участие было явным договорняком с БПП. БПП тогда никого не поставили, а вы…

— Все-то вы почти знаете. Я вас немного поправлю. Я зашел в эту кампанию за две недели до выборов. За. Две. Недели. До выборов. Бюджет у меня был небольшой в прямом смысле этого слова по сравнению с теми, кто участвовал со мной, например, Одарченко от БЮТ… Я их всех помню. И Путилов. Редкой масти пид*рас, губернатор Херсонской области. Там папа всю жизнь был губернатором, потом сына своего сделал губернатором. И вот у них была такая история, что он идет на выборы, а на его место приходит его юрист — Гордеев.

А почему, потому что когда я был замначальника Херсонской области, я же этого пид*раса и сложил. Мы словили в Железном Порту на взятке его людей. Там целая история была, которая стала достаточно публичной, я говорил о том, что я этой гниде все-таки «накину удавку на шею», потому что считал его непорядочным человеком, замешанным в коррупции.

— Гордеев — фигурант дела Гандзюк который?

— Да, Гордеев был его юристом. Он стал губернатором после Путилова. Я Путилова прижал обличением его в коррупционных действиях — и тогда они решили сыграть в игру. Путилову обещают округ и дают ему возможность поставить своего юриста — Гордеева. Который, на сегодняшний день, проходит по делу Гандзюк. Ой, там очень интересная ситуация, я вам ее расскажу, потому что я тоже ж ее немножко знал.

— Давайте.

— Путилов должен был по всем договоренностям стать народным депутатом. Но появляется такой кандидат в народные депутаты, за две недели, как Кива Илья Владимирович. Крайне неудобная фигура, потому что на тот момент меня уже люди в Херсонской области знали, знали как принципиального человека. 

Я начал достаточно агрессивную избирательную кампанию… вы же понимаете, я сильно там по сторонам не смотрю и в карман за словом не лезу, называю вещи своими именами. За неделю, если честно, да я бы их всех и уделал. По-честному. Просто за неделю до конца кампании, скажем так, мои, на тот момент, близкие соратники попросили меня дать все-таки возможность… Да, вы правильно говорите, что это был чистый договорняк. И я остановил кампанию. И это правда. 

И самое интересное, что этот поц Путилов, оказался таким бездарным, что когда я снялся, он проиграл Одарченко и бесполезный латентный Одарченко заехал в Верховную Раду. Чтобы вы поняли, он победил с отрывом в 500 голосов, а для того, чтобы заехать в Верховную Раду им хватило 5000 голосов. Поэтому Путилова слили, Гордеева поставили и он стал руководить Херсонской областью. Одарченко поехал в Верховную Раду, а Кива стал советником министра внутренних дел. Вот это вот такая история. Херсонская история.

— А что за «интересная ситуация» с Гандзюк?

— По поводу Катерины Гандзюк (долгая пауза — ред.). Спорная очень сильно ситуация. В этой истории замешана СБУ. Чтобы там не говорили, это все еще повылазит, «рукописи не горят». То, что сегодня еще пытаются удержать от информационного поля и от расследования правоохранительных структур — это пока. Только недавно поменялся режим, многие заинтересованные лица еще остались на своих местах.

Я заявлял неоднократно и буду заявлять, что Катерина Гандзюк, царство небесное, она курировалась непосредственно Доценко (начальник департамента защиты национальной государственности СБУ, — ред.). Это офицер СБУ. Который курирует националистические группы. Он курировал Правый сектор в свое время, потом его перевели в Херсон. Он стал курировать там отдельных активистов. Это была часть работы по вербовке активистов и их сопровождению. 

В свое время у меня действительно были конфликтные ситуации с Гандзюк. Ну Бог с ним. И меня приглашали сотрудники СБУ. И мне говорили: не ходите вы в эту сторону, Илья Владимирович, вот не нужно, это наши люди. И я могу об этом свидетельствовать. У меня были встречи с Доценко. Он мне звонил по телефону. 

Чтобы было понятно, Херсонская область — она будто на отшибе. Я всегда говорил, что это южный форпост. А там беспредел, в прямом смысле этого слова. Там самый главный человек — это сегодня экс-нардеп, на тот момент он был даже замкомитета по правоохранительной деятельности.

—  Кто именно?

— Паламарчук. Генерал-полковник. Весь такой в медалях, с ног до головы. Редкой масти пид*рас. Более гниды в погонах я в своей жизни не видел. Почему? А я вам скажу почему. Все браконьерство — Паламарчук. Контролирует и расставил своих людей. Вырубка леса — Паламарчук. Получение шлюх — Паламарчук. А кто против Паламарчука что-то скажет плохого? Когда он целый генерал-полковник. Когда он целый замглавы комитета по правоохранительной деятельности. Сложно ж такими бороться. Понимаете, сложно. Вся область была паразитирована вот этим негодяем. Самое интересное знаете что? Смотрите, они закончили, а мы же только начали. А я как раз тот, кто никому ничего не прощает. Никому. Хоть я и христианин. Простить подобных — это дать им возможность совершить еще раз. 

С Паламарчука надо снять погоны, лишить всех званий и посадить за его преступления в тюрьму. Потому что экосистема Херсонской области убита вот этим любящим деньги оборотнем в погонах. Из-за его действий мне пришлось тогда инициировать организацию водной полиции. Ведь это моя история — водная полиция. Началась с Херсона. И руководить этой полицией херсонской стал руководитель батальона «Херсон» Жарков — принципиальный и чистый парень. 

Поэтому Паламарчук тогда правильно интегрировался в группу Кличко. Кличко, Палатный, Паламарчук — такая была партия «Удар». Помните? Вот там они присели, в БПП. И получили квоту безнаказанности. Он одурел от эйфории безнаказанности. Поэтому то, что на сегодняшний день, вышли на его помощника Павловского в заказе по Катерине Гандзюк — я вообще не удивлен. 

Потому что кто его соратники? Посмотрите, кто — Палатный Артур. 

— В последнее время вы постоянно упоминаете Артура Палатного, а на своей странице в Фейсбуке даже объявили ему войну. У вас личный конфликт?

— Какой личный? У меня конфликт того, что он публичных домов в этой жизни настроил столько, что он телок продавал за границу, что он наркотики распространяет.

Кто такой Палатный? Бывший глава комитета молодежи и спорта. Ближайший соратник и друг, и кум и родственник нашего мэра города Киева Кличко. Что дает ему возможность что делать? Весь Киев облепить публичными домами, в которых продаются наркотики, в которых продаются женщины. Сколько тысяч раз я обращался во все инстанции правоохранительных структур. Им мало было «Рио» на Богдана Хмельницкого, они еще рядом открыли и «Тутси». Публичные дома в нашей стране сегодня это норма.

— А вы были в заведениях Артура Палатного?

— Я слишком хорошо воспитан. 

— Вы знакомы с ним?

— С Палатным? Ну конечно знаком. Он же ко мне приехал, когда я с войны пришел и стал начальником департамента по противодействию наркопреступности, и сказал: «Привет, брат». Какой я тебе брат? Я, бл*дь, с окопа вылез, а ты с п*зды живешь. Ты что, ох*ел? Да между нами такая пропасть.

Мне пять лет слова не давали сказать. А сейчас с меня намордник сняли и я побежал. Через эти публичные дома ломаются души, ведь они затягивают. Я же в этой системе разобрался до миллиметра. 

— В Киеве много клубов: «Гарем», «Доллс» — они все работают открыто.

— «Доллс», «Гаремы»-х-*емы, «Рио»-шмио, «Тутси» — это все публичные дома. Только не надо тут «а что там такого». Я вам скажу, что там такого. Вы посмотрите на рекламу, которая сегодня показывается в нищей стране. «Мы предоставляем зарплату, обучение и возможность». Люди с районов, люди с периферии, приезжающие в Киев, находятся в безвыходной иногда ситуации. И молодые девчонки, которым 18-19 лет, они клюют на эти объявления. Их туда втягивают, их подсаживают на наркотики, их заставляют работать, а выскочить уже из этого круга почти невозможно.

19-летняя девушка, которая в прошлом году в апреле умерла. Работница клуба «Рио». Они же скрыть этот факт хотели. Она работала проституткой, ее сняли клиенты, ее привели в соседний отель, там она употребила наркотики и у нее остановилось сердце. Вот эту всю цепочку — почему ее никто не расследует? Я пишу и в ГБР, я рассказываю, что там происходит. Артур Палатный — известный сутенер. Главный сутенер нашей страны. И все это время ему безнаказанно позволяли остаставаться. Ребята, это правда.

— Среди клиентов клубов наверняка могут быть и высшие чиновники и руководители правоохранительных структур, в том числе полиции.

— Действительно есть полицейские офицеры, а есть мусора. Так вот эти мусора они как раз и есть любителями бесплатных по*бушек от Артура Палатного. В прямом смысле этого слова. Он им накрывает столы, он им подгоняет телок, и это также и сотрудники Генеральной прокуратуры. Потому что рука руку моет. Вот такая история. И для того, чтобы переломать этот хребет, одного Кивы здесь очень мало. У них вчера была в парламенте целая партия, которая позволяла им расставлять на ключевые посты своих людей. Да, у них ослабли позиции, но влияния они не потеряли. 

Смотрите на верного пса… Виктор Чумак. Который, сука, гребет, гнида. Вот командный диванный генералишка. А кто он? Ни дня не работающий в прокуратуре, этот грантоед залез теперь… Сегодня он вершитель судеб. И для того, чтобы вот эту всю историю победить, даже позиции целой моей фракции мало.

— Интересно отследить ваш жизненный путь по основным точкам. Как вы познакомились с Арсеном Аваковым?

— Нас познакомил Коломойский.

 — Давайте тогда сначала: как вы познакомились с Коломойским?

— Это был четырнадцатый год. Мы (майдановцы) приехали в Днепр, нас человек 400. Меня вызвали к ИВК. Он спрашивает: «Ты готов уехать в одну сторону?». Говорю: да, готов. «Есть еще люди, готовые в одну сторону?». Таких оказалось 60 человек. «Вези сюда». Приехали в ОДА, а ИВК пригнал броневики Привата, прямо на площади срывали наклейки. Я говорю: куда поедем? Он: «Да тебе не пох*й куда? Сказал же, в одну сторону». В каждой ОДА есть запасы оружия на случай чрезвычайных ситуаций, это я уже потом узнал. Мы с Филатовым сорвали пломбы, раскидали, загрузились. Пистолеты, автоматы. Что видели. «Наелись». Сработала сигнализация, приехала «Альфа». Мы уже с автоматами, автобусы уже стоят: говорим, ребята, куда вы дергаетесь, мы все-равно непонятно куда едем. Сели, поехали, выехали за город, уже в посадку, стали смотреть, что мы вообще набрали на этом складе. Оказалось, все взяли. А патроны забыли (смеется).

Оказалось, у нас на 60 человек было 600 патронов. Потом, правда, «беркута» нам со своих на блокпостах поотстегивали по 10-20 штук. Это уже потом мы узнали, что для атаки должно быть не менее 600 патронов. А у нас по 20 штук на каждого.

Приехали в Красноармейск, разделились. Я поехал в горотдел, ребята на площадь поехали, где проходил референдум. Мы заблокировали горотдел, повесили украинский флаг, потому что там уже висел флаг «ДНР». И тремя автобусами, в которых никого не было, ездили по городу, создавая иллюзию присутствия армии. И через сутки, когда прошел референдум, Турчинов поставил задачу ввести в Красноармейск войска. Красноармейск в результате остался под контролем украинских властей.

— Вас тогда связывали с Дмитрием Ярошем. Вы сейчас с Ярошем в каких отношениях?

— Ни в каких. Я немножко не понимаю его игры. В прямом смысле этого слова. Я же, в принципе, и разошелся с ними тогда, потому что в их действиях появилась коммерция. А это мне неприемлемо, вот и все.

— Вы вернулись в Днепр и познакомились с Аваковым?

— Так вот, я когда выполнил поставленную задачу и вернулся в Днепр… Тогда на седьмом этаже ОДА были Яценюк, Турчинов, Аваков, было заслушивание сложившейся ситуации. И вот за это ИВК спасибо. Он дернул меня. И Авакову меня дословно представил: «Вот этот парень хочет умереть за Родину. Я тебя прошу, Арсен, дай ему возможность умереть хотя бы на законных основаниях». Аваков посмотрел и говорит: есть опыт? Говорю: есть. А мы докладывали по Красноармейску, что мы там сделала, то-то-то. Он говорит: приедешь на следующей неделе в Киев, понял? Говорю: понял.

Я приехал в Киев, зашел и он говорит: у тебя образование какое? Говорю: два высших. Он: очень хорошо. Ранг государственного служащего есть? Я говорю: я госслужащий, да, есть. «Какой?» Четвертый. «У нас четвертый ранг во время войны к какому званию приравнивается?» «К майору». Говорит: «Хорошо, раз едешь на войну, будешь майором». В прямом смысле. Откуда я получил майора? Потому что у меня был четвертый ранг госслужащего. 

Он говорит: там у меня батальон в Полтаве, ты ж сам вроде бы полтавчанин? «Вот иди его забирай и иди воюй».

Мое подразделение в зоне АТО — и это тоже правда — получило первыми танки. Потому что мы были самыми подготовленными. У меня были люди, которые прошли курсы. Мы получили десять танков: пять танков от Нацгвардии, пять от ЗСУ, которые расположились на участке, которые перекрывал направление на Бердянск.

Я почитал историю, как окружался Мариуполь сначала немцами, потом советскими войсками. Я нашел те же рубежи. Самое интересное — я нашел немецкую карту 43 года, где были обозначены основные опорные пункты. Я не п*здец какой ох*енный военный, но я просто неплохо, скажем так, ориентируюсь и стараюсь разобраться.

Я взял вторую историю, когда наступали русские, потому что немцы в войне были более системные. Они создали вокруг Мариуполя системы оборонительных сооружений. Я читаю историю: они, русские войска, направлялись с Донецка в сторону Бердянска, что позволяло отрезать Мариуполь. И мне нужно было понять, где немцы на тот момент расположили свои позиции. Их не так много. Я, короче, по карте нашел эти оборонительные сооружения. Оборонительные сооружения были на главенствующих высотах. Ландшафт же он, в принципе, остался. Две недели я полазил на пузе, но через две недели я предоставил план командования: полностью подготовленные, пробетонированные окопы вместе с площадками под танки. Немцы системные люди, они окопы делали бетонными. Мы когда залезли на одну, вторую, третью высоту: начали тупо рыть. В прямом смысле этого слова. Я нашел полную оборонительную систему, мало того, со штабами, которые уходят на четыре этажа вниз.

Тогда ко мне лично прилетал Муженко. Ко мне, маленькому человечку, прилетал Муженко!

— А вы тогда в каком статусе были?

— Командир добровольческого батальона «Полтавщина», дислоцировавшегося в секторе «М», которому поставили задачу  занять позицию и предотвратить окружение Мариуполя на Бердянском направлении. Мы под Волновахой там развернулись. 

Он ко мне тогда прилетел, они все прошли, а у меня все бойцы были вылизаны, вычищены. Я жесткий был. У меня ни пьянства, ничего не было. Он пришел и сказал: это же гениально. И с этого слова «гениально» и начался рост моей карьеры. Меня сразу дергают на штаб АТО, потом меня отправляют в Киев к Муженко, потом под меня делают 148-й десантно-штурмовой батальон.

Я приезжаю к Муженко. «Кто ты у нас по званию?» Говорю: майор. «Хорошо, подумайте, как ему натянуть на подполковника». Сейчас дословно говорю. Он говорит: «Мне эта история понятна. Я так понимаю, ты воевать хочешь?» Я говорю: да. Он говорит: «Я смотрю, ты умеешь». Я: «Учусь». Он: «А нах*й тебе мусора нужны?» Я говорю: «Да ну в принципе не нужны». Он: «У меня едея сделать 128 разведбатальон — оснастить и выкинуть в горячую точку и сделать из вас героев». Я говорю: «Вообще подходит».

Он говорит: «Твоя родословная устраивает. Внук героя СССР». Ну, им же нужны были красочные истории. Я говорю: «Да, все, хорошо».

— А об уголовном преследовании они не знали или им это было нормально?

— Я был чист перед законом. Уголовные преследования — это была история противостояния меня и оборотней в погонах. Вот и все. 

На самом деле всем было пох*й. Важно, чтобы ты хорошо делал свою работу. Вы посмотрите на этих бл*дей типа Семена Семенченко. На их фоне можно было быть ракетой. Говорю: «Я прошу прощения, но сейчас на службе состою в министерстве внутренних дел». Он: «Смотри, давай так, едь в МВД, а я тебя в полчетвертого здесь жду и мы начинаем уже тебя...».

Я приезжаю к министру внутренних дел, в приемной сажусь, начинаю мяться. Так как я с фронта якобы приехал, то понятно, что меня принимали без очереди. Я пришел к министру и говорю: «Арсен Борисович, я прошу прощения, но, если честно, мне бы все-таки воевать. Вот Муженко, он меня в полчетвертого ждет». «Что ты в руке держишь?». Говорю: «Рапорт». «Куда ты собрался?». В армию». Он говорит: «Да, хорошо, иди, посиди полчаса в приемной, я сейчас тебя позову»

Я пошел в приемную, сел же, сижу в этих кирзовых, поглядываю, потому что мне в полчетвертого к Муженко надо. Он сказал: «С рапортом приедешь, мы сейчас тебя начнем оформлять, времени нету». Я сижу в приемной и мне говорят: «Вас зовет министр». Я захожу и вижу, что сидят Чеботарь, Пасхал, Амброськин сидит. Чеботарь страшный был такой человек. Кто там еще был? А, Антоша был. Я их никого не знал.

И министр тогда говорит: я хочу вас отвлечь на секунду, заходи. Я захожу, он говорит: «Вот этот парень… Фамилия твоя как?». «Кива». «Вот этот парень Кива, Вячеслав Васильевич, будет вам в помощь». Я смотрю на Амброськина, он на меня. А Амброськина тогда назначили начальника Донецкой области. 

— Вас поставили перед фактом?

А я стою с рапортом. Он говорит: «Товарищ замначальника Донецкой области, вопросы у вас есть?». «Никаких». «Ну так едьте выполняйте поставленную перед вами задачу». И я ничего не понимая… приказ, оказывается, уже подписан, я выхожу из кабинета министра, мне вручают приказ о назначении меня на замначальника Донецкой области. Я беру этот приказ и еду к Муженко.

Мне он: «Заходи, тра-та-та. Садись. Голодный?». «Та нет, нормально все». Это сейчас я раскидался, а тогда это для меня какие-то великие космические люди. И я в этом всем пизд*вороте нахожусь. Говорю: я прошу прощения. Он говорит: давай рапорт! Я говорю: да это не рапорт. Он: что такое, что случилось?

Я ему открываю, он говорит: «В смысле? Да ты что, ох*ел?». Я говорю: «Я прошу прощения, конечно, но мне вручили, меня послали. Там меня нах*й послали, тут меня нах*й послали. Зачем вы меня на эту растяжку ставите? Я вообще воевать хочу. Это был ход Авакова. Я вам искренне это говорю. Это вот такая была ситуация. Потом меня откомандировали и я стал замначальника координационного центра при штабе АТО. Вот и все. Такая история.

— Как вы тогда впоследствии оказались начальником департамента по борьбе с наркопреступностью в Киеве?

— Майдан, война, система, и потом я уже здесь возник в Киеве на должности начальника департамента противодействия наркопреступности. Вот тогда я и начал формировать свою позицию. Тогда было и закрытие клуба Closer. Это работа была. Это не может быть открыто. Ты продаешь наркотики, ты должен понимать, что ты будешь целью системы, потому что это противозаконно. Я сказал принципиально: «Вы хотите торговать наркотиками и делать вид, что ничего не происходит? Так не бывает. Вы хотите быть белыми и пушистыми, ху*ря говно? Не получится. Это же было бесконечное противостояние. 

Почему с [экс-начальником Нацполиции Хатией] Деканоидзе я вошел в закус? Closer это была моя разминка. Я узнал, нашел, напал, мы его закрыли. Они через суды открылись. Мы закрыли — они через суды открылись. Потом поднялись лещенки, найемы, вот эта вся пи*дота. Я же на тот момент еще не умел работать со СМИ, для меня это был начинающий мир. Потом я зашел дальше. Я нашел историю, которую считаю самой страшной в моей стране. Это история продажи кодеино-содержащих препаратов. Из меня сделали, конечно, идиота и пугало, когда я показал в прямом эфире, как из одного блистера вытянуть полтора куба дезоморфина. Мне же никто не верил. 

Я видел столько искалеченных детей, с сыпью, глухих. Дезоморфин — самый страшный и самый сильный наркотик в мире. И когда мне директоры «Интерхима», который является монополистом, говорили, мол, «что вы такое говорите?», я отвечал, что дезоморфин — это крокодил, его делают с шести таблеток. Я собрал людей, посадил в министерстве внутренних дел, и там два нарика первый сварили дезоморфмин. Показать, что я не дурак. Второй раз я его сварил в МОЗе, чтобы показать: 6 таблеток — это доза, 6 таблеток 28 гривен стоит. Потом я это сделал в прямом эфире. И что вы думаете? Вот эта моя война с «Интерхимом» закончилась моей отставкой.

— Сегодня вы являетесь членом команды Арсена Авакова?

— Что такое член команды? Это у него в МВД есть целая группа лиц, которые на него ориентированы. Я считаю его своим наставником и другом. У вас есть друг? 

— Да.

— Вот у меня есть друг. Да, я готов защищать его. Мы можем где-то с ним расходится. Он не счастлив от моей позиции в «ОПЗЖ», вы же видите, что у него более проевропейская позиция. 

Аваков научил меня мыслить на несколько ходов вперед. Сейчас я мыслю на два-четыре хода. Раньше я мыслил на один ход. «Увидел булку — съел». И все. Аваков мыслит на 8 ходов.

— Почему ОПЗЖ?

— История моей сегодняшней позиции очень простая. Сегодня Запад несет намного больше опасностей для нашей страны. На сегодняшний день из двух зол выбирая большее, я хочу сказать, что в 14-м году нас системно сливали. Хотя с Турчиновым я достаточно хорошо знаком и уважительно к нему отношусь, но я считаю, что Крым сдали сознательно, чтобы им дали возможность легализироваться. 

Я думаю, что был договорняк: спокойно сдаете Крым, а мы закрываем глаза на ваш переворот. Россия никогда не могла допустить, чтобы крымская военно-морская база досталась в руки НАТО, потому что они бы потеряли контроль над Черным морем. Это стратегические точки их безопасности. Они съели переворот, но сохранили за собой стратегическую базу в Крыму. 

Ты можешь вести самостоятельную игру, когда у тебя достаточно сил. А если недостаточно сил, то тогда ты должен учитывать позицию и своих играющих рядом. Потому что переворачиваясь в сторону Запада, мы должны были просчитать — а это стратегия — ответную реакцию России. Если тебе по*уй эта ответная реакция, тогда сиди, где сидишь. Но когда мы сыграли в эту игру, мы потеряли Крым и часть Донбасса — это бездарная стратегия. Да, Россия умело отрабатывает свою позицию: Приднестровье, Абхазия, Украина. Они защищают свою границу. Да, нарушая наш суверенитет, но мы перестали играть по правилам, по сложившимся ранее договоренностям. И сегодня зашла группа людей, которая системно уничтожает нашу страну. И я в этом полностью уверен. 

Продажа земли — это последний аккорд. Посмотрите на правительство. Нивелирование власти и уничтожение экономики. Поэтому я сегодня и говорю, что у нас нет другого пути, кроме как восстановление взаимоотношений. Это даст возможность достигнуть мира и восстановить экономику. У нас же люди умирают в прямом смысле. Поэтому история в «ОПЗЖ» — это сознательная история. 

Ближе чем Медведчук к возможности достижения мира не существует.

— Недавно в заведении «Мокко» у вас произошла стычка с одним из активистов, по итогам которой вы написали на него заявление в полицию. А Генеральный прокурор зарегистрировал уголовное производство уже в отношении вас. Что происходит с этим уголовным производством? Вас вызывали на допрос?

— Это системная как-раз работа по моей дискредитации. Объективности ради. Да, я достаточно импульсивный человек. И вот как меня можно, в прямом смысле сбить? Ослабить, сбить. Имущества нет. Бизнеса нет. За что меня ухватить? За мою, допустим, однокомнатную квартиру, которую я переписал на свою дочь? Ну как, например, они зарядили в «Бигус.инфо». Такая страшная передача. Три месяца они за мной ездили, максимум что они нашли… Что я ранее был судим? Так я об этом честно искренне сам рассказал. О том, что у меня была вторая группа инвалидности? Да, она была. Ну и что? Я пошел и с меня ее сняли. Жив и здоров. Излечился. По воле господа нашего. Ведь все в руках господа нашего, Иисуса Христа. Поэтому меня пытались спровоцировать таким образом. 

— Ряд СМИ написали, что вы в том заведении встречались с уголовным авторитетом, неким «Бельмондо». Это правда?

— В том заведении я встречался с ребятами, которые как раз приехали из Кировоградской области и привезли мне грамоту, потому что я потог им с организацией спортивного клуба. Вот этот, как его называют «криминальный авторитет Бельмондо» — этот человек Владимир Брайченко, руководитель благотворительного фонда. Из Днепропетровска. Ни разу не судим, не привлекался, был помощником главы облсовета Кировоградской области. И сидел еще один айтишник, который вместе с ними и приехал. Они мне приехали вручать грамоту.

На самом деле эта вся история она, опять же, проходит под чутким руководством наших отдельных офицеров СБУ, которые уже так за последние пять лет научились провокациям. 

У Маймана сейчас стрельба по Киевгорстрою с гранатомета, у Маймана мародерство в АТО, у Маймана торговля тяжелыми наркотиками. Это то, что лежит, для того, чтобы им можно было манипулировать. Его засылают, он заходит, приезжают на машинах с охраной — да бог с ним, это неважно. Он заходит, он меня провоцирует. Я понимаю прекрасно, что они ждут — они ждут, что, по большому счету, будучи достаточно, может быть, не всегда сдержанным человеком, на подобные «нах*й», «зах*й», «пид*р» и «сидр» должен что?

Ответить. СБУшники быстро слизали это видео с серверов и раскидали его по сети. Но произошла системная ошибка. Согласно их плану, я должен был его там «уработать» и это бы дало возможность меня выключить из истории наших противостояний с властью. 

Но Майман слабохарактерный человек, который взял и вывалился в прямой эфир. Где у него и нос не сломан, и лицо не деформировано. Он едет в ГПУ и ГПУ, не найдя ничего умного, под чутким руководством Виктора Чумака, вносит в ЕРДР о нанесении мной Майману увечий средней тяжести. Это без судмедэкспертизы, что уже является уже нарушением.

То есть это должны быть какие-то переломы и потеря трудоспособности на 21 день без судмедэкспертизы, в нарушении всех законов. Но они дебилы. Они двигаются по шаблону ранее прописанному. Был шаблон дискредитации. Вот они по нему и двигаются. Майман должен был создать конфликт, Кива должен был его переебать, Майман должен был попасть в больницу, и было бы возбуждено уголовное производство.

Они все так и сделали, просто Кива его не пере*бал. И у них нет заключения судмедэкспертизы. Они никак не понимают, как ее сегодня натянуть. Поэтому все свидетельские показания, которые были собраны, они говорят о противоположном: что Майман пришел, начал провоцировать, говорил гадости и конечном итоге произвел удар народному депутату. А это, между прочим, статья. И Майман об этом знает.

А знаете, что знает Майман? А Майман знает, что когда он попадет в СИЗО, у него там развяжется язык, и тогда мы узнаем про историю в этой истории про Артура Палатного. Мы узнаем про историю отдельных сотрудников СБУ. И в этой истории мы узнаем про Виктора Чумака, который фактически все это и заварил. Правда же всегда одна, а Майман молчать не будет. Ребята, вы не на того, бл*дь, поставили. Майман такая грязная шлюха, что он вас быстрее продаст десять раз. Потому что ему нужно употреблять наркотики, потому что он боится трудностей. Такая история.

Они там сегодня, конечно, бесятся. Пытаются делать какие-то пресс-конференции, обвинять меня в каких-то несусветных грехах, но вот я здесь, и я готов нести любую ответственность и давать свидетельские показания. То, что я неудобен Палатному — да. То что я подрываю его будущую кампанию соратника Кличко — да. Почему? Потому что, ну извините меня пожалуйста, что ж это за кум, который дает возможность публичным домам процветать в нашей стране. В нашей столице. Захотят ли киевляне подобной столицы? Я — нет. Я буду голосовать против. Почему? Потому мне достаточно испортили жизнь. Ребята, вот такая история. Она слишком сложная.

Хочет ли сесть Паламарчук в тюрьму? Нет. А ему придется садиться. Будет ли он делать все для того, чтобы не сесть? Будет. Поэтому я вывез детей. Потому что единственная слабая точка — это были дети. Эти, бл*дь, мрази, которые ни перед чем не остановятся. Я вывез своих детей за границу, у меня развязаны руки, поэтому я этих гадов буду душить. Да, в рамках закона, не переживайте. Но буду их душить. И не меня ударили, а я дал себя ударить. Чтобы одной мразью, такой как Майман, стало меньше. Потому что Майман для меня, мои дорогие, это ценный свидетель, который оказавшись в СИЗО, расскажет о тех, кто его, когда его, и кого он. Потому что достижение истины и наказание виновных — это главная история моей жизни.

— На видео видно, что вы первым подошли к активисту и хотели головой его ударить.

— Это было осознанное действие. Когда тебя публично на все заведение в присутствии твоих знакомых оскорбляют, то это делает человек с четкой целью, правильно? Я ж его знаю, он бздливый. Когда вдруг позволяет самому Киве кричать «пидор, пидор, пидор, да я твоего сына выбу». Я прошу прощения, я ему сказал: моему сыну семь лет. «Значит я его вы*бу в рот». Любой нормальный мужчина после этого отреагирует. Правда?

И это все есть в свидетельских показаниях. Поэтому конечно же я встал, подошел к нему и резко наклонился. А так как он поц был напряжен от своего страха, он взял и шлепнул меня по лицу. И этот факт зафиксирован — судмедэкспертизой в первую очередь. Потому что в данном случае я сломал их. Вот и все.

 А дальше у нас есть буква закона. И как бы как из-за нанесения легких телесных повреждений народному депутату — это от 3 до 7 лет лишения свободы. А пока Майман будет находиться под контролем правоохранительной системы, то мы за это время покажем те истории, где Майман убивал, насиловал, грабил и торговал наркотиками. 

Есть преступление. Есть преступники, которые боятся наказаний. Вот эта вся ситуация — это желание избежать этого наказания. Но. А кто сказал, что процесс достижения истины легкий? Нет, не легкий. Поэтому наша жизнь — борьба. Я родился в борьбе.

— Многие заметили, что ваши собеседники, которые были в заведении, никак не отреагировали на ситуацию, а продолжали спокойно есть салат. 

— Вы знаете, это, наверное, выдержка. Все люди, которые со мной, они достаточно дисциплинированные. Я понимаю, о ком вы говорите, там сидел человек и спокойно ел салатик. А что он должен был сделать в этот момент?

— Вы знакомы с Владимиром Жириновским?

— Нет.

— Вы с ним когда-то общались?

— Это было один раз в телеэфире, по-моему, «60 минут». Это есть в интернете, где он пытался что-то мне сказать, я парировал на его доводы в отношении Украины и вообще ситуации, сложившейся в нашей стране.

— В 2017 году вы давали комментарий «Стране», где рассказывали о том, как отправили Владимиру Жириновскому футболку. 

— (Смеется). Это был еще один хайп. А видели потом фотожабу, ведь был найден оригинал фотографии, там где он с Трампом. А это [футболка с Кивой] была фотожаба.

— После публикации переписки у вас брали несколько комментариев и ваша позиция менялась.

— Не менялась — она уточнялась. Послушайте, ну по-честному. Вы купились?

— Конечно.

— А я подыграл.

— Давайте возьмем первые ваши два комментария СМИ. Это был Павловский и была девушка из «Радио Свобода». Насколько я понимаю, вы узнали о публикации переписки от журналиста Павловского, это видно на видеозаписи. 

— Друг мой. Узнал о переписке я в тот момент, когда вы зависли надо мной с камерой. Я подошел в удобное для вас место, там где вам будет крайне удобно меня снимать. Потому что я знаю, где вы находитесь, у нас с вами не первый раз это история. Сказать о том, что я не умею логически мыслить — это сказать ни о чем. Вы свисали с балкона и охотились. Я подошел, встал на свое место, раскрыл телефон, переписал быстренько своего друга под «Жирик Владимир». Выставил вам телефон, пришел этот идиот премьер-министр, написал скандальное сообщение… 

Вот знаете, что мне обидно? Я иногда делаю, как мне кажется, такие прикольные вещи, а их как-то общество не оценивает. У меня там с Петром Алексеевичем давний конфликт, с Порошенко. Еще после Дебальцево. Вот вы сейчас будете номером один, крутяк, крутяк. Это как, например, про Жириновского. Смотрите, ребят. Помните историю «Порошенко мудак, Донбасс рулит»? 

В 2017 году советник главы МВД Илья Кива вместе с националистом Дмитрием Корчинским, купив товар в одном из магазинов на улице Соломенская в Киеве, с  обнаружили на выданном чеке странную надпись: «Порошенко мудак, Донбасс рулит», после чего вызвали полицию и стали угрожать продавщице. 

Все говорили: Кива, негодяй, напал на женщину, на продавщицу. Скажите, пожалуйста, вы знаете хотя бы одного человека в нашей стране, который сумел публично через СМИ раз 500 повторить «Порошенко мудак, Донбасс рулит»? 

Ведь это разошлось по всем СМИ. Это показывали все каналы. «Порошенко — мудак». Да, я удовлетворял свое самолюбие, потому что считаю его негодяем. А где я мог так публично назвать Порошенко мудаком? Прикольно? Прикольно. Это по поводу всей известной истории. Поэтому здесь пришел человек, к которому я испытываю крайне негативное отношение. Не как к человеку. Как к премьер-министру нашей страны. Потому что считаю его действительно дебилом. Или профаном, как он себя там называет. Я считаю его злом, который бездумно сегодня готов исполнить любую волю своих хозяев.

— Благодаря переписке все увидели ваше мнение про Гончарука?

— Да, все же прочитали, что я написал. Про кого? Вот вы скажите мне, что мне вот это нечего делать другу писать? «Пришел премьер-министр».  С другом можно о чем угодно. Я написал «Пришел пид*р», потому что считаю его и он является им. Пид*рское правительство, просрали нашу страну и это был месседж нашему народу, который читает это сообщение. А вы мне помогаете распространять данные месседжи. Но для того, чтобы вы это напечатали, мне нужно было написать в заголовке «Жирик Владимир Вольф». Дальше вы сами все придумали. Мои дорогие ребята, вы почему-то решили, что «Жирик Владимир Вольф» это Жириновский. 

Я дал тот месседж, который вам удобен. Ведь вы на этой истории выросли не меньше, чем она нужна была мне. Почему, потому что вы лежали в основе, стали первоисточником. Конечно, вы повышаете мою популярность. Я повышаю рейтинги вашего сайта. Вы охотитесь за мной, а я вам позволяю охотиться за собой. Все ж очень просто. Вы понимаете как? Потому что мне удобна ваша охота. Потому что если бы не было вас, то мне бы вас надо было придумать. В прямом смысле этого слова. 

Но. В чем наша с вами позиция? Потому что любой другой для вас не интересен, потому что он скучен. Правда? У нас люди реагируют на яркие истории. Какие яркие истории в нашей стране? Сиськи, попы… Что у нас еще? Жириновский. Вообще зашло на раз-два. Поэтому я вышел и спокойно сказал: да, а что тут в этом страшного? Даже если бы я переписывался с ним — что, это преступление? Я развил эту историю.

— Вы тогда отметили журналистам, что вы готовы общаться с парламентариями разных стран. 

— Готов.  

— Вы сказали, что общаетесь с некоторыми депутатами Госдумы на тему конфликта на Донбассе. С кем?

Давайте уйдём сейчас от хайпа, от полушуточного оформления вашего интервью для большей читабельности. Я хочу сказать: это моя «свидома позиция», что нужно искать компромисс и восстанавливать диалог. Я говорю как солдат, как человек, который знает о войне не понаслышке. Мое мнение: мы обязаны. Я готов переступать через себя в прямом смысле и выходить на диалог, который даст возможность решить те вопросы, которые на протяжении шести лет уничтожают жизнь людей. Я очень много видел в своей жизни смерти, поэтому, может быть, так сильно борюсь за жизнь. 

Владимир Коваль

$readalso[$i]->imageAlt
НОВОСТИ

Умер 91-летний эмир Кувейта, в стране объявлен 40-дневный траур

$readalso[$i]->imageAlt
НОВОСТИ

«Мерзавец и махровый идиот»: Аваков призвал исключить Фокина из ТКГ

$readalso[$i]->imageAlt
НОВОСТИ

В Румынии мэром стал кандидат, который скончался от коронавируса за 10 дней до голосования

$readalso[$i]->imageAlt
НОВОСТИ

Главный интернет-портал Беларуси Tut.by лишают статуса СМИ

$readalso[$i]->imageAlt
НОВОСТИ

Петр Порошенко заразился коронавирусом

$readalso[$i]->imageAlt
НОВОСТИ

СБУ отчиталась о борьбе с контрабандой: изъято 238 кг наркотиков и 8,5 млн пачек сигарет

$readalso[$i]->imageAlt
НОВОСТИ

Похитили и пытали: пешехода едва не убили после замечания водителю

НОВОСТИ

В Беларуси ввели санкции в отношении стран Балтии. А Великобритания и Канада — против Лукашенко

НОВОСТИ

«Нет никакого подтверждения войны между Украиной и Россией» — Фокин

$readalso[$i]->imageAlt
НОВОСТИ

Яблочный мир победил: Fortnite не вернется в AppStore на время судебных разбирательств

$readalso[$i]->imageAlt
НОВОСТИ

Белорусская IT-компания PandaDoc открывает офис в Украине